Как буллинг влияет на наши жизни

Сотрудники ООН делятся личными историями травли в школе

История Марата

Я учился в четырех школах. Как и у большинства школьников, у меня периодически возникали конфликты с одноклассниками и ребятами из других классов. Не помню, чтобы подвергался систематическому буллингу и чувствовал себя затравленным изгоем, но угрозы, насмешки и унижения переживать приходилось.

В одной из школ до определенного класса мы делились на «хулиганов» и «ботанов», при этом я принадлежал к последним. Я был книжным червем, любившим пыльную тишину библиотечных залов, грезившим о космических полетах и приключениях в духе Майн Рида и Жюля Верна, для которого дворовые разборки и пацанские движения были дальше, чем туманность Андромеды. Между «хулиганами» и «ботанами» случались разногласия и потасовки, доходившие до драк, но к классу седьмому мы повзрослели, отношения выровнялись, и вчерашние «враги» стали друзьями. Но я был и на «темной» стороне.

Какое-то время мы травили одну девочку, причем и «хулиганы» и «ботаны». «Ботаны», видимо, это делали, чтобы не быть затравленными самим. Придумали этой девочке обидное прозвище, распускали о ней неприятные слухи, иногда закидывали ее портфель в корзину или запихивали туда мусор. В памяти всплывает сцена, как наша одноклассница заходит утром на уроки, а ее хором встречают оскорбляющими репликами. Мне до сих пор стыдно, что я своим молчанием и слабодушием, а иногда даже активными действиями поддерживал эту травлю. Возможно, если бы я рассказал об этой травле своим родителям, они приняли бы меры – предупредили ее родителей, сами поговорили с классным руководителем, директором школы, но из-за всеобщего молчания буллинг продолжался.

Сейчас у меня две дочки, старшая пошла в первый класс. Я учу ее не давать себя в обиду, защищать других, если она чувствует, что обижают слабых и беззащитных, но, самое главное, я пытаюсь выстроить между нами доверие. Каждый день спрашиваю, как прошел ее день, что происходило в школе, иногда мы просто лежим и болтаем обо всем на свете. Чаще всего жертвы буллинга не говорят о своих проблемах родителям и учителям, пытаются противостоять агрессорам самостоятельно, страдают, ломаются, а потом становится слишком поздно.  Взрослые способны остановить буллинг и защитить ребенка, но только если о нем знают, а узнать о травле можно лишь тогда, когда ребенок доверяет родителям и способен раскрыться родным людям в сложных стрессовых ситуациях.

История Балнуры

В 90-х мои родители переехали из другого города Казахстана в Алматы. Я пошла в садик и в школу уже там. Я очень люблю вспоминать время в детском саду и начальные классы. Это было самое счастливое время в моей жизни 🙂

В 5 классе я перешла в новую школу, и, к сожалению, некоторые ребята в школе и во дворе регулярно пытались задеть меня, часто обзывали мой родной город и его людей. Иногда они не останавливались на этом и могли обозвать даже моих родителей.

Мне всегда было больно и обидно это слышать. Понадобилось очень много времени на то, чтобы научиться игнорировать то, что говорят эти ребята. И также понадобилось о

чень много времени, чтобы полюбить себя, свои корни и не отвечать обидчикам агрессией.

Сейчас я понимаю, что я никогда не заслуживала издевательств и травли, ведь никто этого не заслуживает. Буллинг – это, прежде всего, про людей, кто его совершает, а не про тех, кто ему подвергается. Издевательства и травля оставляют глубокий след и приводят к разного рода негативным последствиям, поэтому мы все должны предпринять меры по предотвращению буллинга в нашем обществе.

Есть ошибочное мнение, что буллинг нас ‘закаляет и делает сильнее’. Я категорически не согласна с этим, потому что считаю, что буллинг зачастую делает нас ранимыми и в связи с этим мы становимся замкнутыми либо агрессивными. Я рада, что мои друзья и родители помогли мне советами и всегда поддерживали меня. Если я и стала сильнее, то только благодаря их поддержке.

Сейчас в

ЮНИСЕФ я работаю на проекте по защите детей в миграционных процессах. И, к сожалению, дети, находящиеся вдали от родного дома, также часто становятся жертвами издевательств, дискриминации и травли только потому что не являются коренными жителями в пункте прибытия. Эта ситуация меня очень огорчает, и поэтому я рада возможности поделиться своей историей и возможности сказать всем детям Казахстана, что независимо от вашего происхождения, социального статуса, способностей или личных качеств, мы все заслуживаем того, чтобы наши истории и особенности уважали и принимали в обществе.

История Марата

Начиная с младших классов, к нам часто наведывались ребята постарше, чтобы отнять у нас что-нибудь ценное либо просто заходили поколотить кого-нибудь из нас. Мне приходилось часто становиться свидетелем насилия, когда на твоих глазах участники подростковой группировки, могли до крови избить ученика, чтобы отнять у него деньги или просто унизить. Помнится, как какая-либо одиночная драка могла собрать три, а то и четыре десятка зевак — в таких случаях все школьники целыми классами шли смотреть на драку, зовя других по пути. Постепенно это всё стало нормой. Публично унизить и побить сверстника или ученика постарше считалось нормой или даже каким-то сверхдостижением.

Буллинг в нашей школе происходил практически ежедневно и в какой-то момент я сам продолжил насилие в школе. Как-то мы всем классом, 8-9 ребят, в течение недели регулярно били одного старшеклассника. Нас подговаривали «старшаки», и во время перемены мы целенаправленно шли бить этого бедного парня. Сейчас я понимаю, что никто не заслуживает такого отношения к себе и подвергать насилию остальных только для того, чтобы соответствовать обществу, в котором растешь, неправильно.

Но в 10-м классе все закончилось. Мой отец перевел меня в другую школу, чтобы я углубленно изучил английский язык. Что меня удивило в новой школе – драк вообще не было. Здесь буллинг имел другую по своему содержанию форму. В новой школе дети из более зажиточных слоев населения издевались и травили детей из бедных семей. Два моих одноклассника страдали чаще всех: они продавали газеты в поездах на выходных.

Но благодаря преподавателю английского языка, волонтеру Корпусу Мира США Джоан Бэйли, эта несправедливость прекратилась. Мы научились не только бегло говорить на английском языке, но и уважать и поддерживать друг друга. Это, конечно, произошло не сразу. Ежедневно на своих занятиях она делила наш класс на мини-группы, организовывала дискуссии, диалоги, презентации у доски, командные игры, эко-акции и культурные события. Джоан Бэйли часто напоминала нам о том, что мы должны помогать друг другу, уважать и поддерживать, потому что мы – одна команда. Когда мы заканчивали школу, то уже были все друзьями, мы забыли про буллинг и перестали относиться к друг другу враждебно.

Это сейчас, по прошествии 20 лет, после педагогических и HR курсов я понимаю, что она работала с внутренним миром учащихся, стараясь раскрыть в нас потенциал и воспитать в нас, в первую очередь, личность. Тогда как другие учителя школы были больше сконцентрированы на нашей успеваемости и оценках. Поэтому я уверен, что ЮНИСЕФ на верном пути – мы должны открыть глаза учащимся, сделав школы свободными от насилия и травли. Местом, где личность и достоинство каждого ребенка уважаются. Буллинг не должен быть нормой.

История Зарины

В наше время не было понятия «буллинг» или даже травля. Может поэтому моим родителям и родителям моих обидчиков было сложно разрешить ситуацию, списав травлю на типичное поведение мальчишек в духе «ты просто им нравишься».

Взрослым сложно было понять, сколько тревоги каждый поход в школу может вызвать у 11-летнего ребенка. Кто мог подумать, сколько времени и усилий понадобится, чтобы пережить и преодолеть последствия буллинга.  Вряд ли кто-то связал этот опыт с тем, что последовало: плохая успеваемость уже бывшей отличницы, прогул классов, общение с «плохими ребятами» и частые драки.

Справедливости ради нужно отметить, что взрослые все-таки пытались мне помочь. Папа учил меня давать отпор физически, бить в ответ. Мой покойный дедушка, которого я любя звала «папа деда», подарил мне свою грушу для битья. Безусловно эти советы сильно отличаются от того, что советуют сегодня родителям такие организации как ЮНИСЕФ (https://uni.cf/2n1rjPW). Тем не менее эти попытки и внимание взрослых дали мне понять, что есть люди, которые меня любят и поддерживают. И этой поддержки хватило, чтобы пережить тот ужасный год.

Сегодня у нас так много информации о буллинге, что непозволительно, чтобы дети через это проходили. Мы должны учить наших детей доброте и должны сами учиться этому.

Как-то раз, наш 5-летний сын рассказал, как в садике они с другом дразнили девочку. Мы с мужем постарались, насколько это было возможно, объяснить ему, что возможно ей было далеко не так весело, как ему с другом и что обзываться нехорошо. Наш мудрый мальчик перестал дразнить девочку, но мы не перестали слушать его и говорить с ним о важности доброты.

Источник: www.unicef.org/kazakhstan/

Добавить комментарий